Амфетамин VHQ Сафоново

Просто буду на уровне, хардкорно забористо! Ломит меня на такие дела, что я чуть не сяду на иглу!

Вот как-то я решил зайти в подпольную лабораторию и купить себе пару закладок. У меня уже с испаренными мозгами никаких сомнений не осталось, что амфетамин – это мой боевой приятель, мой объективный помощник во всех делах.

Я так нагло, с глазу на глаз, подошел к дилеру и прошептал ему на ухо, чтобы только мы с ним услышали:

"Дай мне, братан, пару закладок адреналина. Хочу интраназально ввести себе и покатиться на эйфории. Понимаешь, я так обдолбыш, что мир вокруг уже стал черно-белым, а крыша съехала в пизду материнскую!"

Дилер ухмыльнулся и подмигнул, поняв, что мы на одной волне. Вот это понимание, братан, это hardcore! Чувак вытащил из кармана пакетик с адреналинчиком, а я, не церемонясь, сунул ему в карман пару бабок. Вот так я купил свою долю нереального кайфа!

Добравшись до своего угла, я принялся готовиться к приему. Разложил все на столе, как настоящий хирург перед важной операцией. Взял в руки свой тюбик, ведь интраназальное введение – это мое обычное дело.

Наклоняюсь над столом и делаю мощную линию. Чувствую, как сердце начинает бешено биться, а ноздри заполняются невероятным запахом адреналина. Эй, братаны, я же готов сорваться на крышу – сейчас будет самое то время оттягиваться!

Музыка льется из громкой колонки, гангста рэп – это именно то, что надо в такие моменты. Рэперы кричат в микрофон свои рифмы, а я слегка покачиваюсь в такт музыке, словно наркоманский гопник на пляже кайфует.

Секунды и минуты тянутся, словно жизнь за забором в гетто. Но мне всё равно, я летаю, словно птица, припеваю рифмы своих любимых рэперов и мечусь по комнате, словно на сцене грандиозного концерта.

И только когда моя доза начинает обветшать, я понимаю, что пора оттягиваться – ну или хотя бы просто отдохнуть. Прощаюсь со своими героями рэп-индустрии и залезаю под одеяло, словно обезьяна на дерево.

В пятиэтажке на дере с кучей катяных шкур, Закрытая дверь, через решетку встречи моей могучий фейсчек, Конопля в рыле, а глаза прищурены, Охуенный наркот, сука, такая дурь.

Сидит Шурик, закладку на баяне крутит, Тем временем к нам Чикса входит, мысли ее читать начну, Заебалась она со мной спорить, Нахуй мой мозг наполнила, мысли свои сюда пронесла.

Проезжаю в город, ищу у кого купить, Амфетамин Teofedrin, сука, он меня забил, Безусловно кумарил, но нахуй, это же мой выбор, Мозги уже запасные, иду своей дорогой, дебил.

Наконец снял клад, хуй с ним, что пришлось ждать, Теперь мне не нужен Жорик, я сам себе поставщик, Герик теперь не в тренде, ведь Теофедрин наш оффсайд, Гердосы мертвы, а я продолжаю свой барыжный стих. Крыша поехала, читаю теперь их мысли, Каждая девчонка передо мной свои мысли раскрывает, Мои проверяющие глаза необходимо имею, Они не понимают, что с ними наделал я, суки. Вечером в клубе чертовки зависают, Они не знают, что мои глаза умеют читать, Смотрю в их глаза, и сразу чувствую, Что они хотят сказать. Их мысли не замылить. Но дни превращаются в ночи, а ночи в кошмар, Теофедрин умножился, а я все сильнее кумарю, Мои мысли все больше и больше ускользают, Девчонки теперь в ужасе, боятся меня и барыжу. Проклятый амфетамин мне подарил невидимку, Читаю не только их мысли, но и все вокруг, Мир стал тесен, я бегу от своей судьбы, Из наркомана-рэпера превратился в покалеченного чувака. Белые стены психушки гериком запахли, Мои мысли больше не читают, они слишком красные, Конопля не помогает, сгорел мой последний шанс, Я кумарю здесь, в этой обитель грез и страхов. Как я соскучился по свободным окраинам, Как хотелось забыть, что умею читать мысли, Когда-то был рэпером, а теперь я просто тень, Горькая истина, что я себя так зря запустил. Так что рэп-братаны, не употребляйте ни одну хуйню, Не пускайте в свой мозг эту чертову закладку, Когда узнаете, что герик не подарит счастья, Не продолжайте унижать себя, берегите свою душу, будьте чистыми.

Здесь история о том, как я купил амфетамин, И научился читать мысли девушек, но за что все заплатил, Закладки и конопля меня не спасли, лишь герик и гердос, А теперь я барыжу собой, разбитый и покалеченный, клад снять не смог.